Люди среднего уровня. Рисующий солнце

Сентябрь 9th, 2007

Сочинил, вместо того чтобы модель кластера программировать.
——

По трубам тихо журчала вода по �?ер�?авым стенкам, стекая с поверхности на нижние уровни. Слегка гудели теряющиеся вдали вентиляционные �?ахты.

Телефон взорвал тщательной поддерживаемую еле различимым сопением ти�?ину. Любой согласится, уж сколько лет назад изобрели это адское устройство, а оно всё также с завидным постоянством разрывает спокойное течение жизни. Рука сама собой нащупала трубку и довольно неловким движением просунула пластмассовый источник суеты под одеяло.

�?з под одеяло раздалось хмуро, но смачно сплёванное в трубку «аллё».

• Алло,ты что ещё спи�?ь что ли? Макс, знае�?ь кто приезжает?

Звонив�?ий сделал тщательно выдержанную паузу во время которой со всей очевидностью стало ясно, что даль�?е спать уже не придётся. Олег, ну только его не хватало в разгар отпуска, итак уже погода испортила всё что только можно.

• Кто? - буркнул Макс, пытаясь не совер�?ать боль�?е движений чем требовалось для невнятного бурчания.

• Юлькин дед, ну ты помни�?ь, наверное - художник. �?ли не помни�?ь? Да бог с тобой если не помни�?ь, всё равно взглянуть на него стоит, ведь ты у нас любитель всяческих необычностей.

• Какой дед, какой Юльки, Олег изыди, дай поспать…, - глаз открылся и поискал наличие в комнате часов. Констатировав их отсутствие, глаз закрылся.

• Макс? Ты меня слы�?и�?ь? Алло, Макс? Не спи - зима приснится. Я через полчаса буду у тебя. Дед всего на день приехал, пропустим момент и лови потом ветра в поле годами, пока не стане�?ь таким же дедом. �? не факт ещё, что поймае�?ь.

Щёлк, в трубке раздались гудки и рука, сжимающая трубку безвольно повисла в тщётной надежде, что это в последний раз. Хотя бы сегодня телефон умолкнет навсегда да и едва со�?ед�?ий сон успеет вернуться.

Световоды слабо освещали квартиру, хотя уже и было наверное ближе к полудню. Впрочем оно и ясно, уже неделю �?ли дожди. Тучи, словно привязав�?иеся мутными струями к городу, никак не желали оставить в покое страждущее население.

При�?лось включить освещение, найти на полу тапки, отправиться в ванную спотыкаясь и удерживая равновесие при помощи изрыгаемых в пространство квартиры проклятий. Кафель весело отвечал эхом, проклятья множились в огромных количествах.

В запотев�?ем зеркале сначала не отражалась морда невыспав�?егося субъекта мерно возюкающего щёткой по неохотно раскрывающейся пасти. Но пара движений руками по зеркалу и всё стало отражаться, хотя луч�?е бы никогда не видеть самого себя в таком состоянии.

Мерзкая погода. Давит на тебя даже под землёй.

Макс прополоскал горло и уткнулся лицом в полотенце. Всё, можно ждать Олега. �? надо где-нибудь записать, чтобы не забыть позвонить ему часа в три ночи. Так, для профилактики.

Вдали приглу�?ённо играла какая-то музыка. Максим завалился на прогнув�?уюся под ним с лёгким скрипом кровать. По пятну света выбрасываемому из световода пробегала еле заметная дрожь. За окном царила полутьма, рассекаемая слабосильными лампами освещения. Где-то там вдали по второй ветке спирали спускались светящиеся точки-окна вагонов электрички. Этакая висящая в воздухе змейка, проглотив�?ая десяток лампочек.

Олег как и обещал, явился почти через полчаса – что в общем-то довольно редко случалось -и забарабанил в дверь, с одной ему свойственной натурой выбивать ритм какого-то старого мотивчика. Макса всегда поражало, с какой лёгкостью тот обходился без специально созданного для таких случаев звонка.

Нехитрый замок, лениво прожужжав, открылся. �? взгляду Макса предстал валящийся в дверной проём Олег, настукивающий на уже воображаемой поверхности всё тот же ритм, забытой всеми песни.

• Уже оделся? Отлично,по�?ли быстрее. Пока будем добираться, я введу тебя в курс дела.

�?з проёма тянуло сыростью с лёгким запахом работы су�?илок с поверхности. �?нтересно, кто додумался включать су�?илку в дождь?

Одно радовало: до станции было рукой подать, что учитывая общий настрой совер�?ать как можно мень�?е телодвижений в единицу времени было очевидным плюсом жилища Макса на среднем уровне.

Олег что-то говорил, но его никто не слу�?ал, ибо слу�?ать болтуна в раже последнее дело, да и слегка побаливающая голова никак не располагала к беседе. Несмотря на середину дня на улицах было не видно людей, поэтому ли�?ь их клацающие подо�?вы прерывали невнятный �?ёпот воды.

На станции, не смотря на световоды, включили дополнительное освещение, поэтому она выделялась ярким светлым пятном и магически притягивала к себе мотыльков, комаров, людей и электрички.

• … и вот значит, когда она перевелась, Василий Петрович боль�?е не приезжал, хотя впрочем, у него наверное и работы полно постоянно. С его-то талантом. Макс, алё гараж, ты где?

• Я тебя слу�?аю… слу�?аю. �? всё-таки куда и зачем мы едем?

• А говори�?ь слу�?ае�?ь… Ей-богу, ты со своими роботами, сам скоро железякой стане�?ь. На поверхность едем, посмотреть как он работает. Види�?ь ли, за ним многие наблюдают. Хотят понять, как же так у него получается. Вначале думали, что как-то на погодный компьютер влияет. Ну фиг знает как, может как у арсеньевского спорщика о котором ты рассказывал, не суть важно. Но так вот оказалось, что Нефела здесь не при чём. Понимае�?ь? Не при чём. Совер�?енно. - он выпучил глаза и развёл руки, чтобы показать насколько сей факт невероятен. - Его манеру рисования копировали вплоть до числа мазков и деталей нанесения краски, само собой делали абсолютную копию картины, на�?ли даже мужика который один в один как Василий Петрович, но чёрта с два. Не работает. Вот он рисует и выходит, а они рисуют и никак. В итоге ре�?или, что объяснить невозможно и потому собственно нет смысла объяснять.

Наконец в памяти Макса всплыл образ невысокого пожилого мужчины, который постоянно приходил к ним с какими-то каждый раз разными печеньками, когда они ещё учились на втором… нет на третьем курсе. Вообще говоря, чудак. �? относились к нему как к чудаку. Втиху�?ку пальцем у головы вертели, но не при Юльке, к ней все как-то с сочувствием относились, старались не задевать ли�?ний раз.

А оказывается это был сам Василий Петрович. Угу, он самый. Который то прогоняет плохую погоду, то призывает дожди. Мужик, что говорится на расхват. Особенно в сёлах. Кто ж знал, что он живёт в на�?ем городе? Жил, то есть.

Поскрипывая и слегка гудя практически пустыми вагонами, подо�?ла блестящая от влаги электричка. Дождь воистину обладает магическими свойствами: потемнев�?ее от старости железо сияло в лучах станции словно только что начищенное и хоро�?енько протёртое полировальной кро�?кой. Вобрав в себя Олега с Максом, начала неспе�?но подыматься. За окном пробегали слегка освещённые уровни. Выбегали из тьмы и снова пропадали в поглощающей всё темноте.

Две остановки и на улицах начинают появляться грязь и лужи, никогда поэтому не нравились уровни, которые ближе к поверхности. Хотя с другой стороны, деревья здесь были не такие хилые как на среднем, листья посочнее да и кроны пораскидистее.

Электричка вырвалась на поверхность и давно нарастав�?ий �?ум ринулся к вагону, окружил его и начала рычать раскатами грома, нещадно поливая мутноватой водой. С потолка начало потихоньку капать.

Багровое небо озарялось всполохами, рассекав�?ими на секунду непроницаемый покров чтобы в следующее мгновенье тучи снова сходились. �?з вагона казалось, что тучи опустились много ниже незримой точки Андрюса.

На поверхности электричка скрипела и стучала колёсами с боль�?им усердием, не забывая раскачивать вагон так, что на редких, но зато резких, поворотах появлялись неприятные мысли. Впрочем до нужной станции оставалось совсем немного и вскоре мокрая железная змея нырнула под стеклопластиковую кры�?у Центральной и натужно поскрипывая начала тормозить.

Тут-то и стало ясно куда подевались люди: такую толчею даже на узловой станции припомнить и то сложно. Люди всех возрастов, с детьми, старики, зонтики, гам, неясное ожидание в хаотичном похаживании… Шипя двери открылись и на Макса обру�?илась лавина речи, которая настолько о�?еломила его после недолгой поездки что он инстинктивно попятился было назад, но Олег уже тянул сквозь толпу какими-то одному ему известными методами проникновения к причине столпотворения, рассказывающей какие-то байки довольной ребятне.

• Ба, кого я вижу - Максим! Смотрю бороду отпустил, не иначе как мне конкуренцию хоче�?ь составить? - память у старика на лица была цепкая, а борода предметом гордости наверное всех стариков в ближай�?их районах. Не то чтобы особо длинная, но как бы это сказать, �?икарная.

• Василь Петрович, я…

• Ладно, не обижайся на старика. Вы как раз вовремя при�?ли, собственно тебя только и ждём. Мне тут Олег рассказал что ты своего рода коллекционер? Знае�?ь, я тоже в детстве марки собирал, а потом как види�?ь сам стал маркой, прямо даже неловко.

• Василь Петрович…, - начал было Макс, но прервать старика было невозможно. Почему-то в голову при�?ла мысль – вот он Олег через три десятка лет. Только тучи научится разгонять и будет копия. Не дай бог понесёт – фиг останови�?ь.

• Держи, это тебе, это тебе, а это я сам дотащу – он рассовал по карманам какие-то мелкие инструменты, вооружил всех зонтиками и тут в голову Макса начали закрадываться некоторые подозрения, которые тут же подтвердились когда Олег уверенно направился к выходу, а народ побежал занимать выгодные позиции у прозрачных стен.

Да, предстояло выйти наружу. А ведь ещё час ничего такого не предвещало. Но интерес брал своё, к тому же уже поставили перед фактом. Посему Макс двинул за художником, сгибающимся под грузом своего мольберта, в проём, поглотив�?ий чуть ранее Олега.

Действительность была ещё хуже чем она представлялась. �? даже хуже чем по телевизору.

Дед выбрал себе место ничуть не су�?е остальных и пока Олег прикрывал мольберт зонтом, устанавливал его ножки в чавкающей земле. Макс всё это время держал зонт над стариком, который затем стал распаковывать свои краски. Порывы ветра трясли холст так, что Олегу при�?лось прижаться к мольберту, жёстко зафиксировав доску.

Василий Петрович стал наносить первые мазки по сыреющему, несмотря на все усилия холсту.

• Знае�?ь, - внезапно начал он говорить, - вот рисую и кажется, что я делаю простей�?ие, даже примитивные действия, а мы ли�?ь не можем понять, как они влияют на окружающее. Туда-сюда кисточкой. Потом сюда и чуток туда. Мне достаточно ли�?ь представить как выглядел пейзаж в солнечный день, а даль�?е примитивная обезьянья работа по переносу образа на холст. Образ, а не холст – вот что исправляет погоду…

Не переставая сме�?ивать краски и водить кисточками по поверхности, слегка зака�?ляв�?ись, он продолжил.

• …нет ничего сложного в том чтобы представить себе пейзаж, согласен? Любой может хоть сейчас припомнить свою комнату и, например, лучи солнца бьющие в по утру. Закрой глаза и у кого хо�?ь само собой получается. В этом нет никакой хитрости казалось бы, однако не у всех получается менять при этом погоду…

Приходилось напрягать слух, чтобы услы�?ать его обращённые вроде бы ни к кому конкретно фразы, тонущие в �?уме развивающихся об землю капель.

• …при всей той лёгкости принципа мы не можем его понять. Как-будто нам не дано. Как бы это сказать? Нас ограничили, Максим. Мы даже не можем понять как именно работает множество предметов, которыми пользуемся каждый день. Каждый день, каждый человек. А вот нет, не видим - что весьма обидно - очевидных вещей. Скорее даже весьма примитивных. По крайней мере, старики не видят… – речь на пару минут прервалась, старик сменил кисть на другую. Обмакнул кисть и продолжил.

• …знае�?ь, я ведь её отговаривал, но кто послу�?ает старика? Стариков даже другие старики не всегда слу�?ают, каждый сам себе на уме. Уж поверь, доживё�?ь до моих дней – сам не рад буде�?ь. Но если бы «Аврора» про�?ла ту высоту, это было бы действительно началом новой эрой, или может быть возвратом старой. Ну, по крайней мере на�?е время интермедии закончилось бы. Перспектива сли�?ком хоро�?а, чтобы от неё отказаться. Согласись, заманчиво… Первое преодоление границ, снятие ограничения и понимание наконец хоть чего-то… есть что-то этакое в этом, нечто что влечёт людей как свечка стадо мотыльков. Ты кстати не видел мотыльков? У нас их снова вывели, теперь тучами по городу летают. А ведь казалось бы уже никогда не будет…

Максу почудилось какое-то изменение в природе, что-то незаметное глазу, что-то неясное на пределе слуха, что-то иное в температуре ветра бьющего в лицо. Может холст стал мень�?е хлопать или вода трущаяся об голень стала какой-то другой? Хотя нет, вода была всё такой же мокрой и холодной.

• …вот ты езди�?ь, чини�?ь ма�?ины, обычные ма�?ины. Повсюду их встретить можно. А ведь даже не знае�?ь как работает та самая техника, что кормит тебя. Не знае�?ь – и может никогда и не узнае�?ь - как работает то, что находят периодически среди развалин, а затем продают на ярмарках. Ты прикасае�?ься к тайне, но не раскрывае�?ь её. Не може�?ь. А ведь когда-то могли. Ведь могли, не только раскрывать, но и создавать новые тайны…

Теперь со всей очевидностью стал заметен светлеющий горизонт, медленно принимающий цвета, отражённые на картине. Надо сказать, старик действительно рисовал замечательно. Не то чтобы мастерски, но как-то симпатично, ду�?евно что ли. �?нтересно, где он научился?

• …недавно был в Новосибирске, месяц добирался чтобы посмотреть. Целый месяц убил, представляе�?ь? Зеркала там показывали. Так вот, эти зеркала, всё отражают, а людей - нет. �?х уже как ни исследовали, ничего выяснить не смогли. Результаты исследований – зеркало обыкновенное. А ведь оно необыкновенное, настолько необыкновенное, что заставляет задуматься, как же так. Как? Два куска стекла избирательно отражают окружающую природу. �? самое обидное для меня то, что на�?е поколение не сможет этого понять, мы были рождены сли�?ком рано чтобы иметь возможность понять это, но вот у вас, я верю может получиться. Многие не верят, а я верю. Хотя, возможно не стоило бы верить и боль�?е бы вас, остолопов, жизни себе сохранило..

В багровых тучах появился просвет, и среди стенах воды засияли расходящиеся лучи солнца, сияющего в который год подряд недоступном небе. Едва различимая радуга с картины перетекла на небо. Надо сказать на картине она выглядела менее эффектно.

• Вопрос конечно, нужно ли знание, которое ли�?ит мир, замечательный по боль�?ей части ли�?ь наличием той самой тайны. Вопрос, зачем мы ограничили себя. Вопрос однако, зачем для того чтобы наступил золотой век человечества мы должны были уничтожить это самое человечество. Одни вопросы…

Тучи расходились с каждым мазком и уже стихающий ветер стал приносить тот щекочущий нос запах озона, что всегда незримой свежестью преследует грозы. Мокрый и дрожащий Олег держал в зубах зонтик, закрывая при этом телом мольберт. Было видно что он с такой жадностью впитывает всю исходящую от старика речь, что фактически стал одним спло�?ным ухом.

• Однако, хотя или не хотя этого, мы сами подарили себе новый мир, в котором может получиться иная жизнь, иные мысли, иные люди, в конце концов. Ну что ж. Может оно, конечно и к луч�?ему…

Василий Петрович ото�?ёл на �?аг, прищурился и оглядел критически творение. Перевёл взгляд за картину и прилип�?его к мольберту Олега.

• Как всегда ни капельки не похоже.

Среди кучи сломанных веток, луж и грязи дед подписал картину. К радости собрав�?ихся зевак, ярко светило солнце, играя бликами на стремительно мчащихся потоках воды. �?з под защиты кры�?и начали выбегать первые люди.

• Держи, это тебе, - сказал дед отцепляя холст и открыл рот чтобы сказать что-то ещё, но не успел ибо в этот момент народные массы достигли той лужи в центре которой стояли мокрый художник с двумя как бы подмастерье. Достигли и оттеснили деда от Макса с Олегом.

Весь вечер Макс примерял холст к разным стенам и �?кафам. Но так и не смог до темноты найти удобоваримого места для созерцания картины в состоянии возлежания на кровати. В итоге ночью позвонил Олегу (почти в три часа) и договорился повесить на неделе картину в доме, в котором горел свет.

Уехал Василий Петрович как и ожидалось на следующее утро. Так и не попрощав�?ись, что не ожидалось. Впрочем, ему простительно - чудак.

Пост относится к: Другое