В общем я работаю в экологически чистом месте, рядом с прудом и столетними деревьями. ?ногда я вижу ло?адей, щиплющих травку и уток, но чаще ворон и рыбаков тщётно пытающихся чтото поймать.
Мой рабочий день начинается примерно в 11 когда я достигаю рабочего места и читаю в JIRA свои таски (на сегодня их не было, ибо я закрыл все косяки в пятницу) и поэтому занимался чем бог на ду?у положил, а именно: улуч?ал стабильность свого кода и прочий рефакторинг. В силу моей скорости работы (то ли быстрая, то ли медленная, сложно понять 
), меня снимают на разработку сторонней подсистемы. Это было неожиданно, но будем думать что так правильнее. Надо сказать что я не самая ранняя пта?ка на работе, но и не самая поздняя, скорее в двадцатке.
Кодинг идёт в MSVS2005, RCS = MS SS. Организовано всё несколько хаотично, однако некий порядок в начислении премии за работу присутствует. Кроме того у нас есть ?Т-отдел в лице главного админа и его падавана, которые по возможности ре?ают на?и скромные проблемы с нехваткой свободного пространства под контент. Рабочее помещение представляет собой классический муравейник, есть отдельная “кухня”, но ку?ать ходим в забегаловку. Группы кучкуются вместе: дизайнеры в одном месте, программеры в другом, бухгалтерия в отдельном кабинете. Коллектива много, со всеми не знаком. Часть разрабатывает что-то совсем стороннее по отно?ению к основному проекту. Есть и тестеры, но в основном тестированием занимается какая-то румынская контора.
Получил зарплату за первые две недели, вы?ло как и обещали. Пока доволен.
С этой недели начал ходить микроавтобус до работы и от работы до забегаловки, но я блюду форму и хожу пе?ком. Добираться до работы занимает от часу десяти до часу двадцати. С работы я ухожу примерно в 7 часов, дома в полдевятого.
Насчёт опытности коллектива судить сложно. Мне эта работа в любом случае полезна, ибо приучает ходить относительно рано на работу и заниматься там делом, а не качанием аниме и флудированием в форумах. Этим я занимаюсь не на рабочем месте теперь.
Еда в Москве стоит по разному. В среднем, не дороже Хабаровска, насколько я могу судить. Я научился выбирать правильную еду в забегаловке и теперь почти всегда укладываюь в мень?е чем 150 рублей за обед.
Недавно ездил покупать тапки. Хоро?их тапок не на?ёл. Зато много всякой модной одежды, возможно куплю себе чего-нибудь, чтобы выглядеть более солидно, как и полагает стар?ему программисту солидной компании, чьё имя пока известно ли?ь узкому кругу посвящённых.
Скоро портирую некоторые свои проекты на БСД и буду прогать на ней. Пока в основном ничего не делаю в свободное время кроме сидения в интернете и читания манги.
Октябрь 14th, 2008
Тут меня недавно раскусили… я действительно писал их в минуты совер?енней?е хренового состояния или наоборот, очень хоро?его. В целом, же посмотрев статистику, убеждаюсь - что испытывал хреновое состояние очень часто Может даже чаще, чем просто чувство одиночества. Хотя последнее доминирует уже несколько лет в моменты, когда теряю самоконтроль. (строго говоря, потери контроля каждую ночь практически, серьёзно давят на психику, поэтому никому не советую идти этим идиотским путём и терять всё или просто не приобретать что только можно в силу своей тупости и тормознутости)
С одной стороны, сейчас я вспоминаю все те переживания и мне всё так же хреново или наоборот всё так же замечательно. С другой стороны, ду?евных волнений в последнее время было сли?ком мало и последние абзацы перестали писаться более трёх лет назад. Впрочем, в последнее время меня опять потянуло к сочинительству (видимо организм предчувствует написание кандидатской, в которой в силу отсутствия абстрактных научных результатов придётся лить воду в теоретической части работы, чтобы практическая часть всё-таки не пропала просто так). Но я думаю, это влечение будет побеждено рисованием вместо писания Кстати пик рисования так же закончился года 2-3 назад.
Как сейчас помню, что рисовал по ночам. Скорчив?ийся над план?етом человек с листом бумаги и каранда?ом. Порисуе?ь и отпустит… Хоро?ая сторона в том, что последние рисунки можно смотреть без особого содрагания. Кстати, галерея рисунков на базе Gallery2 скоро тоже будет открыта на блоге чтобы каждый мог убедиться в моих больных фантазиях.
Дык вот, кое-кто не смог дочитать мои ранее приведённые литературные произведения даль?е половины. Сегодня я помещу одно из старых сочинений “Абзацы. 14.Горящий мотылёк”. Пусть и сегодня мучаются эти кое-кто. По мотивам произведения неким А. Тарасовым была написана вторая в его жизни песня (первая была “Жизнь моя - автобус” и не публикуется чтобы не нагонять ли?ней депрессии)
—-
Сидел я у костра и было нам темно, мне и деревьям. Деревья были стары-мудры, но молчаливы. Вдруг из темноты влетело в мой неболь?ой хмурый мирок стадо мотыльков, а может стая. Не знаю. Много их было. Деревья были стары-мудры и знали, что мотылькам осталось жизни ли?ь до полуночи. Невзрачные бабочки, живущие ли?ь день, прилетели на мой костёр. Выглянула Луна, холодно примёрз?ая к серому небу. Но начали вдруг мотыльки лететь сквозь пламя, опаляя свои крылья, вспыхивая ярким живым пламенем. За?умели деревья взирая на столь прекрасное зрелище. Они были стары-мудры, но уважали мотыльков. Я по?евелил веткой костйр и пепел с искрами понёсся вверх. Далёкие искры затмили все звёзды, а затем погасли.
А мы с деревьями, которые помолодели, смотрели на звёзды, вспоминая мотыльков.
? костёр погас, и я разговаривал с деревьями, и они со мной. Хотя не понимали мы друг друга, было нам вместе легко.
—-
А ещё съездил на природу. В очередной раз вытащили за город и я этим доволен, ибо иначе просто помру рядом с компьютером, с которым меня ассоциирует боль?ая часть известных мне людей, забывая при этом об остальных хм… качествах. Может сделаю на днях фотоотчёт о прекрасных российских дорогах, ходить по которым - одно удовольствие для ?агающего экскаватора.
Сентябрь 24th, 2007
Сочинил, вместо того чтобы модель кластера программировать.
——
По трубам тихо журчала вода по ?ер?авым стенкам, стекая с поверхности на нижние уровни. Слегка гудели теряющиеся вдали вентиляционные ?ахты.
Телефон взорвал тщательной поддерживаемую еле различимым сопением ти?ину. Любой согласится, уж сколько лет назад изобрели это адское устройство, а оно всё также с завидным постоянством разрывает спокойное течение жизни. Рука сама собой нащупала трубку и довольно неловким движением просунула пластмассовый источник суеты под одеяло.
?з под одеяло раздалось хмуро, но смачно сплёванное в трубку «аллё».
Звонив?ий сделал тщательно выдержанную паузу во время которой со всей очевидностью стало ясно, что даль?е спать уже не придётся. Олег, ну только его не хватало в разгар отпуска, итак уже погода испортила всё что только можно.
-
Кто? - буркнул Макс, пытаясь не совер?ать боль?е движений чем требовалось для невнятного бурчания.
-
Юлькин дед, ну ты помни?ь, наверное - художник. ?ли не помни?ь? Да бог с тобой если не помни?ь, всё равно взглянуть на него стоит, ведь ты у нас любитель всяческих необычностей.
-
Какой дед, какой Юльки, Олег изыди, дай поспать…, - глаз открылся и поискал наличие в комнате часов. Констатировав их отсутствие, глаз закрылся.
-
Макс? Ты меня слы?и?ь? Алло, Макс? Не спи - зима приснится. Я через полчаса буду у тебя. Дед всего на день приехал, пропустим момент и лови потом ветра в поле годами, пока не стане?ь таким же дедом. ? не факт ещё, что поймае?ь.
Щёлк, в трубке раздались гудки и рука, сжимающая трубку безвольно повисла в тщётной надежде, что это в последний раз. Хотя бы сегодня телефон умолкнет навсегда да и едва со?ед?ий сон успеет вернуться.
Световоды слабо освещали квартиру, хотя уже и было наверное ближе к полудню. Впрочем оно и ясно, уже неделю ?ли дожди. Тучи, словно привязав?иеся мутными струями к городу, никак не желали оставить в покое страждущее население.
При?лось включить освещение, найти на полу тапки, отправиться в ванную спотыкаясь и удерживая равновесие при помощи изрыгаемых в пространство квартиры проклятий. Кафель весело отвечал эхом, проклятья множились в огромных количествах.
В запотев?ем зеркале сначала не отражалась морда невыспав?егося субъекта мерно возюкающего щёткой по неохотно раскрывающейся пасти. Но пара движений руками по зеркалу и всё стало отражаться, хотя луч?е бы никогда не видеть самого себя в таком состоянии.
Мерзкая погода. Давит на тебя даже под землёй.
Макс прополоскал горло и уткнулся лицом в полотенце. Всё, можно ждать Олега. ? надо где-нибудь записать, чтобы не забыть позвонить ему часа в три ночи. Так, для профилактики.
Вдали приглу?ённо играла какая-то музыка. Максим завалился на прогнув?уюся под ним с лёгким скрипом кровать. По пятну света выбрасываемому из световода пробегала еле заметная дрожь. За окном царила полутьма, рассекаемая слабосильными лампами освещения. Где-то там вдали по второй ветке спирали спускались светящиеся точки-окна вагонов электрички. Этакая висящая в воздухе змейка, проглотив?ая десяток лампочек.
Олег как и обещал, явился почти через полчаса – что в общем-то довольно редко случалось -и забарабанил в дверь, с одной ему свойственной натурой выбивать ритм какого-то старого мотивчика. Макса всегда поражало, с какой лёгкостью тот обходился без специально созданного для таких случаев звонка.
Нехитрый замок, лениво прожужжав, открылся. ? взгляду Макса предстал валящийся в дверной проём Олег, настукивающий на уже воображаемой поверхности всё тот же ритм, забытой всеми песни.
?з проёма тянуло сыростью с лёгким запахом работы су?илок с поверхности. ?нтересно, кто додумался включать су?илку в дождь?
Одно радовало: до станции было рукой подать, что учитывая общий настрой совер?ать как можно мень?е телодвижений в единицу времени было очевидным плюсом жилища Макса на среднем уровне.
Олег что-то говорил, но его никто не слу?ал, ибо слу?ать болтуна в раже последнее дело, да и слегка побаливающая голова никак не располагала к беседе. Несмотря на середину дня на улицах было не видно людей, поэтому ли?ь их клацающие подо?вы прерывали невнятный ?ёпот воды.
На станции, не смотря на световоды, включили дополнительное освещение, поэтому она выделялась ярким светлым пятном и магически притягивала к себе мотыльков, комаров, людей и электрички.
-
… и вот значит, когда она перевелась, Василий Петрович боль?е не приезжал, хотя впрочем, у него наверное и работы полно постоянно. С его-то талантом. Макс, алё гараж, ты где?
-
Я тебя слу?аю… слу?аю. ? всё-таки куда и зачем мы едем?
-
А говори?ь слу?ае?ь… Ей-богу, ты со своими роботами, сам скоро железякой стане?ь. На поверхность едем, посмотреть как он работает. Види?ь ли, за ним многие наблюдают. Хотят понять, как же так у него получается. Вначале думали, что как-то на погодный компьютер влияет. Ну фиг знает как, может как у арсеньевского спорщика о котором ты рассказывал, не суть важно. Но так вот оказалось, что Нефела здесь не при чём. Понимае?ь? Не при чём. Совер?енно. - он выпучил глаза и развёл руки, чтобы показать насколько сей факт невероятен. - Его манеру рисования копировали вплоть до числа мазков и деталей нанесения краски, само собой делали абсолютную копию картины, на?ли даже мужика который один в один как Василий Петрович, но чёрта с два. Не работает. Вот он рисует и выходит, а они рисуют и никак. В итоге ре?или, что объяснить невозможно и потому собственно нет смысла объяснять.
Наконец в памяти Макса всплыл образ невысокого пожилого мужчины, который постоянно приходил к ним с какими-то каждый раз разными печеньками, когда они ещё учились на втором… нет на третьем курсе. Вообще говоря, чудак. ? относились к нему как к чудаку. Втиху?ку пальцем у головы вертели, но не при Юльке, к ней все как-то с сочувствием относились, старались не задевать ли?ний раз.
А оказывается это был сам Василий Петрович. Угу, он самый. Который то прогоняет плохую погоду, то призывает дожди. Мужик, что говорится на расхват. Особенно в сёлах. Кто ж знал, что он живёт в на?ем городе? Жил, то есть.
Поскрипывая и слегка гудя практически пустыми вагонами, подо?ла блестящая от влаги электричка. Дождь воистину обладает магическими свойствами: потемнев?ее от старости железо сияло в лучах станции словно только что начищенное и хоро?енько протёртое полировальной кро?кой. Вобрав в себя Олега с Максом, начала неспе?но подыматься. За окном пробегали слегка освещённые уровни. Выбегали из тьмы и снова пропадали в поглощающей всё темноте.
Две остановки и на улицах начинают появляться грязь и лужи, никогда поэтому не нравились уровни, которые ближе к поверхности. Хотя с другой стороны, деревья здесь были не такие хилые как на среднем, листья посочнее да и кроны пораскидистее.
Электричка вырвалась на поверхность и давно нарастав?ий ?ум ринулся к вагону, окружил его и начала рычать раскатами грома, нещадно поливая мутноватой водой. С потолка начало потихоньку капать.
Багровое небо озарялось всполохами, рассекав?ими на секунду непроницаемый покров чтобы в следующее мгновенье тучи снова сходились. ?з вагона казалось, что тучи опустились много ниже незримой точки Андрюса.
На поверхности электричка скрипела и стучала колёсами с боль?им усердием, не забывая раскачивать вагон так, что на редких, но зато резких, поворотах появлялись неприятные мысли. Впрочем до нужной станции оставалось совсем немного и вскоре мокрая железная змея нырнула под стеклопластиковую кры?у Центральной и натужно поскрипывая начала тормозить.
Тут-то и стало ясно куда подевались люди: такую толчею даже на узловой станции припомнить и то сложно. Люди всех возрастов, с детьми, старики, зонтики, гам, неясное ожидание в хаотичном похаживании… Шипя двери открылись и на Макса обру?илась лавина речи, которая настолько о?еломила его после недолгой поездки что он инстинктивно попятился было назад, но Олег уже тянул сквозь толпу какими-то одному ему известными методами проникновения к причине столпотворения, рассказывающей какие-то байки довольной ребятне.
-
Ба, кого я вижу - Максим! Смотрю бороду отпустил, не иначе как мне конкуренцию хоче?ь составить? - память у старика на лица была цепкая, а борода предметом гордости наверное всех стариков в ближай?их районах. Не то чтобы особо длинная, но как бы это сказать, ?икарная.
-
Василь Петрович, я…
-
Ладно, не обижайся на старика. Вы как раз вовремя при?ли, собственно тебя только и ждём. Мне тут Олег рассказал что ты своего рода коллекционер? Знае?ь, я тоже в детстве марки собирал, а потом как види?ь сам стал маркой, прямо даже неловко.
-
Василь Петрович…, - начал было Макс, но прервать старика было невозможно. Почему-то в голову при?ла мысль – вот он Олег через три десятка лет. Только тучи научится разгонять и будет копия. Не дай бог понесёт – фиг останови?ь.
-
Держи, это тебе, это тебе, а это я сам дотащу – он рассовал по карманам какие-то мелкие инструменты, вооружил всех зонтиками и тут в голову Макса начали закрадываться некоторые подозрения, которые тут же подтвердились когда Олег уверенно направился к выходу, а народ побежал занимать выгодные позиции у прозрачных стен.
Да, предстояло выйти наружу. А ведь ещё час ничего такого не предвещало. Но интерес брал своё, к тому же уже поставили перед фактом. Посему Макс двинул за художником, сгибающимся под грузом своего мольберта, в проём, поглотив?ий чуть ранее Олега.
Действительность была ещё хуже чем она представлялась. ? даже хуже чем по телевизору.
Дед выбрал себе место ничуть не су?е остальных и пока Олег прикрывал мольберт зонтом, устанавливал его ножки в чавкающей земле. Макс всё это время держал зонт над стариком, который затем стал распаковывать свои краски. Порывы ветра трясли холст так, что Олегу при?лось прижаться к мольберту, жёстко зафиксировав доску.
Василий Петрович стал наносить первые мазки по сыреющему, несмотря на все усилия холсту.
-
Знае?ь, - внезапно начал он говорить, - вот рисую и кажется, что я делаю простей?ие, даже примитивные действия, а мы ли?ь не можем понять, как они влияют на окружающее. Туда-сюда кисточкой. Потом сюда и чуток туда. Мне достаточно ли?ь представить как выглядел пейзаж в солнечный день, а даль?е примитивная обезьянья работа по переносу образа на холст. Образ, а не холст – вот что исправляет погоду…
Не переставая сме?ивать краски и водить кисточками по поверхности, слегка зака?ляв?ись, он продолжил.
-
…нет ничего сложного в том чтобы представить себе пейзаж, согласен? Любой может хоть сейчас припомнить свою комнату и, например, лучи солнца бьющие в по утру. Закрой глаза и у кого хо?ь само собой получается. В этом нет никакой хитрости казалось бы, однако не у всех получается менять при этом погоду…
Приходилось напрягать слух, чтобы услы?ать его обращённые вроде бы ни к кому конкретно фразы, тонущие в ?уме развивающихся об землю капель.
-
…при всей той лёгкости принципа мы не можем его понять. Как-будто нам не дано. Как бы это сказать? Нас ограничили, Максим. Мы даже не можем понять как именно работает множество предметов, которыми пользуемся каждый день. Каждый день, каждый человек. А вот нет, не видим - что весьма обидно - очевидных вещей. Скорее даже весьма примитивных. По крайней мере, старики не видят… – речь на пару минут прервалась, старик сменил кисть на другую. Обмакнул кисть и продолжил.
-
…знае?ь, я ведь её отговаривал, но кто послу?ает старика? Стариков даже другие старики не всегда слу?ают, каждый сам себе на уме. Уж поверь, доживё?ь до моих дней – сам не рад буде?ь. Но если бы «Аврора» про?ла ту высоту, это было бы действительно началом новой эрой, или может быть возвратом старой. Ну, по крайней мере на?е время интермедии закончилось бы. Перспектива сли?ком хоро?а, чтобы от неё отказаться. Согласись, заманчиво… Первое преодоление границ, снятие ограничения и понимание наконец хоть чего-то… есть что-то этакое в этом, нечто что влечёт людей как свечка стадо мотыльков. Ты кстати не видел мотыльков? У нас их снова вывели, теперь тучами по городу летают. А ведь казалось бы уже никогда не будет…
Максу почудилось какое-то изменение в природе, что-то незаметное глазу, что-то неясное на пределе слуха, что-то иное в температуре ветра бьющего в лицо. Может холст стал мень?е хлопать или вода трущаяся об голень стала какой-то другой? Хотя нет, вода была всё такой же мокрой и холодной.
-
…вот ты езди?ь, чини?ь ма?ины, обычные ма?ины. Повсюду их встретить можно. А ведь даже не знае?ь как работает та самая техника, что кормит тебя. Не знае?ь – и может никогда и не узнае?ь - как работает то, что находят периодически среди развалин, а затем продают на ярмарках. Ты прикасае?ься к тайне, но не раскрывае?ь её. Не може?ь. А ведь когда-то могли. Ведь могли, не только раскрывать, но и создавать новые тайны…
Теперь со всей очевидностью стал заметен светлеющий горизонт, медленно принимающий цвета, отражённые на картине. Надо сказать, старик действительно рисовал замечательно. Не то чтобы мастерски, но как-то симпатично, ду?евно что ли. ?нтересно, где он научился?
-
…недавно был в Новосибирске, месяц добирался чтобы посмотреть. Целый месяц убил, представляе?ь? Зеркала там показывали. Так вот, эти зеркала, всё отражают, а людей - нет. ?х уже как ни исследовали, ничего выяснить не смогли. Результаты исследований – зеркало обыкновенное. А ведь оно необыкновенное, настолько необыкновенное, что заставляет задуматься, как же так. Как? Два куска стекла избирательно отражают окружающую природу. ? самое обидное для меня то, что на?е поколение не сможет этого понять, мы были рождены сли?ком рано чтобы иметь возможность понять это, но вот у вас, я верю может получиться. Многие не верят, а я верю. Хотя, возможно не стоило бы верить и боль?е бы вас, остолопов, жизни себе сохранило..
В багровых тучах появился просвет, и среди стенах воды засияли расходящиеся лучи солнца, сияющего в который год подряд недоступном небе. Едва различимая радуга с картины перетекла на небо. Надо сказать на картине она выглядела менее эффектно.
-
Вопрос конечно, нужно ли знание, которое ли?ит мир, замечательный по боль?ей части ли?ь наличием той самой тайны. Вопрос, зачем мы ограничили себя. Вопрос однако, зачем для того чтобы наступил золотой век человечества мы должны были уничтожить это самое человечество. Одни вопросы…
Тучи расходились с каждым мазком и уже стихающий ветер стал приносить тот щекочущий нос запах озона, что всегда незримой свежестью преследует грозы. Мокрый и дрожащий Олег держал в зубах зонтик, закрывая при этом телом мольберт. Было видно что он с такой жадностью впитывает всю исходящую от старика речь, что фактически стал одним спло?ным ухом.
-
Однако, хотя или не хотя этого, мы сами подарили себе новый мир, в котором может получиться иная жизнь, иные мысли, иные люди, в конце концов. Ну что ж. Может оно, конечно и к луч?ему…
Василий Петрович ото?ёл на ?аг, прищурился и оглядел критически творение. Перевёл взгляд за картину и прилип?его к мольберту Олега.
Среди кучи сломанных веток, луж и грязи дед подписал картину. К радости собрав?ихся зевак, ярко светило солнце, играя бликами на стремительно мчащихся потоках воды. ?з под защиты кры?и начали выбегать первые люди.
-
Держи, это тебе, - сказал дед отцепляя холст и открыл рот чтобы сказать что-то ещё, но не успел ибо в этот момент народные массы достигли той лужи в центре которой стояли мокрый художник с двумя как бы подмастерье. Достигли и оттеснили деда от Макса с Олегом.
Весь вечер Макс примерял холст к разным стенам и ?кафам. Но так и не смог до темноты найти удобоваримого места для созерцания картины в состоянии возлежания на кровати. В итоге ночью позвонил Олегу (почти в три часа) и договорился повесить на неделе картину в доме, в котором горел свет.
Уехал Василий Петрович как и ожидалось на следующее утро. Так и не попрощав?ись, что не ожидалось. Впрочем, ему простительно - чудак.
Сентябрь 9th, 2007
Лёг спать в 4 часа утра после многих часов анимесмотрения. ? вдруг сдёрнул случайно прыщик на лице.
Прыщик, казалось бы что в этом такого? Но мне почему вспомнилась история про флегмону и закупорку сосудов головного мозга через час после случайного выдавливания гнойника. Чем боль?е я об этом думал, тем боль?е меня волновал вопрос выдавленного прыщика. Думать в четыре часа утра о смерти через час - это очень неудобно для здорового сна.
Меня бил озноб, уже не знаю с чего. Я стал задумываться о смысле бытия, такое было в последний раз только в больнице, когда у меня практически не работало лёгкое, какие-то нехоро?ие мысли в голову стали залазить. Встал, подполз к компьютеру, включил свет, стал читать Селенджера, засёк?и час на сотовом. Время ?ло, я вроде успокоился, съел банан и как-то отпустило. Час закончился. Отложил книгу, выключил свет. Попытался расслабиться.
Стал думать. Сон не ?ёл. Но ведь не обязательно же через час может быть? Что-то мне показалось что у меня растёт температура, а зубы стучат. На всякий случай взял второе одеяло, выпил аспиринчику, намазал жень?енем прыщик. Сердце стучит, давление растёт. Это ппц, нервы ?алят.
Включаю свет, подтягиваю лампу. Читаю Селенджера. Уже совсем нехоро?о, волнами накатывает какая-то хрень на мозги, сознание плывёт. Тут ещё комары чего-то активировались. Не знаю почему задумался о беременности, убедился что я вроде бы мужик, расслабился. Достал градусник, стал читать и мерять температуру.
Дочитал рассказик “Франни”. Достал градусник и окуел: 35 градусов. Тут стало не до ?уток, выпил водички, глаза болят, холодно. Ре?ил померять ещё, прижался к градуснику плотнее, лежу под двумя одеялами, дрожу. Со второй попытки вы?ло 36 градусов. Думаю, плюс минус полградуса неважны. Выключил свет лёг. Вроде спокоен, жизнь более-менее под контролем.
За окном стали петь птчики, значит наступило ?есть. Бо?ка пульсирующе болит, сон нафиг не идёт.
Встал, поставил будильник на 10:30. Лёг. Хрен знает спал или нет, но вроде где-то к девяти ближе вырубился. Потому что промежутки времени выпали из памяти, хотя рассвет вроде помню как начинался.
Прозвенел будильник. Подтянул за ?нур для зарядки, вырубил. Час отходил от типа сна, затем включил компутер и записал много всякой ?няги в разные места. После чего по?ёл по гостям. Весь день как зомби, периодически пот вы?ибает, периодически озноб. Поел, расслабился, при?ёл домой, вроде пока на ногах, но слабость какая-то и вялость. Весь потный как чу?ка. Съел ещё один гнилой банан. Достал градусник из под дивана, положил на место.
Совсем расклеился, здоровье ни к чёрту, пора отдыхать.
Август 26th, 2007
